О́БЩЕСТВО ДЛЯ РАСПРОСТРАНЕ́НИЯ ПРОСВЕЩЕ́НИЯ МЕ́ЖДУ ЕВРЕ́ЯМИ В РОССИ́И (принятая аббревиатура — ОПЕ), крупнейшая культурно-просветительная организация российских евреев. В 1860 г. в среде образованных представителей финансово-промышленных кругов петербургского еврейства возникла мысль о создании центра для пропаганды и развития просвещения в еврейских массах, распространения русского языка и приобщения евреев к русской культуре. Эти идеи были подхвачены нарождавшейся еврейской интеллигенцией и нашли поддержку в «Рассвете» О. Рабиновича. Ходатайство об основании ОПЕ было подано от имени официальных учредителей Е. Гинцбурга (см. Гинцбург, семья) и одесского филантропа и общественного деятеля Авр. Бродского (см. Бродский, семья). Устав ОПЕ был утвержден правительством лишь в октябре 1863 г., а с декабря общество начало работать. Председателем комитета ОПЕ был избран Е. Гинцбург (почти полностью субсидировавший общество с его основания), поборник Хаскалы Л. Розенталь (1817–87; также субсидировал общество с 1872 г.) — казначеем, а секретарем — бывший преподаватель Житомирского раввинского училища Э. Левин (1820–1913; выдвинул идею создания ОПЕ). Сразу после создания комитета ОПЕ между его членами возникли разногласия относительно того, какими методами и на каком языке следует распространять полезные знания в массах. После долгих споров, в феврале 1864 г. комитет определил, что основой всей деятельности ОПЕ будет распространение среди евреев русского языка (как государственного), потому что только таким путем их можно постепенно подготовить к непосредственному участию в жизни русского общества. Основной пункт устава ОПЕ гласил: «Общество споспешествует распространению между евреями знания русского языка, издает само и содействует другим к изданию полезных сочинений, переводов и периодических изданий как на русском, так и на еврейском языках, имеющих целью распространять просвещение между евреями, и поощрять пособиями юношество, посвящающее себя наукам». Естественно, что ОПЕ и его программа вызвали резкое противодействие со стороны религиозных ортодоксов.
Первые десять-двенадцать лет общество занималось преимущественно издательской деятельностью. Были выпущены «Сборник статей по еврейской истории и литературе» (1–2 выпуски, СПб., 1866–67); по инициативе Д. Хвольсона — сборники нравоучительных высказываний от эпохи таннаев до последователей М. Мендельсона «Мировоззрение талмудистов, свод религиозно-нравственных поучений, в выдержках из главных книг раввинской письменности» (составители Ш. Финн и Х. Л. Каценеленбоген /1814–76/; перевод под редакцией Л. Леванды с введением и примечаниями И. Гордона, тт. 1–3, СПб., 1874–76), а также издание Торы с новым переводом И. Герштейна (1827–91), И. Л. Гордона и Л. Леванды — «Пятикнижие Моисеево в еврейском тексте и дословном русском переводе для евреев» (Вильна, 1875) и другие книги, пользовавшиеся (особенно Пятикнижие) широким признанием. ОПЕ предоставляло субсидии еврейским периодическим изданиям как на русском языке — «День» (1869–71), «Еврейская библиотека» (1871–80), так и на иврите — «Ха-Цфира», «Ха-Мелиц», а также на составление учебников русского языка для евреев и переводы на русский язык сиддура и махзоров. Общество оказывало материальную помощь еврейским ученым, занимавшимся исследованиями еврейской истории, и авторам научно-популярных книг на иврите, пропагандировавшим «положительные науки и естественные знания». Кроме этого, ОПЕ занималось распространением книг на иврите (по общей и еврейской истории, биографии великих людей и т. д.), а также учебных пособий и помогало формировать еврейские общественные и школьные библиотеки. Значительную статью расходов в бюджете ОПЕ (3/8 доходов — в основном стипендии баронов Гинцбургов и Л. Розенталя) составляла помощь учащимся высших и средних учебных заведений России, ибо большинство маскилим считало, что именно в среде этой молодежи формируются будущие лидеры еврейского народа.
В 1867 г. правительство разрешило частично изменить устав ОПЕ — понизить минимальный членский взнос (с 25 рублей до 10) и ввести пункт о праве ходатайствовать об открытии отделений в других городах (в том же году было открыто отделение в Одессе, в 1872 г. прекратило деятельность, в 1878 г. — возобновило). В комитете ОПЕ боролись сторонники иврита и сторонники русского языка, однако оба направления были едины в отрицательном отношении к языку идиш, который считали анахронизмом и символом отсталости еврейского общества. После реформы системы казенных еврейских училищ (1873), которая привела к закрытию многих из них, а также под давлением еврейской общественности, требовавшей открытия новых улучшенных школ, ОПЕ в 1874 г. решило создать специальный фонд для поощрения начальных и средних еврейских школ. Поддерживая частную инициативу, ОПЕ не вмешивалось в деятельность этих учебных заведений, однако ставило обязательным условием предоставления субсидий преподавание русского языка. Почти с самого своего возникновения общество регулярно посылало (до правительственного запрета в 1879 г.) стипендиатов в Еврейскую теологическую семинарию в Бреслау (см. Вроцлав). В 1880 г. был основан фонд для помощи еврейским студенткам. В связи с тем, что к концу 1870-х гг. значительно ослабела издательская деятельность ОПЕ, в 1880 г. по инициативе А. Гаркави была образована комиссия по ее возрождению. Комиссия подготовила издание «Русско-еврейского архива» (под редакцией С. Бершадского, тт. 1–2; СПб., 1882), один из томов «Истории евреев» Г. Греца (СПб., 1883) и другие книги.
В начале 1890-х гг. ОПЕ охватили новые веяния. В конце 1891 г. при обществе по инициативе С. Дубнова была организована историко-этнографическая комиссия для изучения истории евреев в России. Ею в 1899 г. был опубликован первый том сборника документов «Регесты и надписи», второй (1910) и третий (1913) тома были изданы Еврейским историко-этнографическим обществом в которое в 1908 г. была преобразована комиссия. В 1894 г. была создана комиссия по начальному образованию, в ней активно сотрудничали молодые представители еврейской интеллигенции Л. Брамсон, Г. Вольтке (1864–?) и др. Комиссия провела широкое обследование еврейских школ (в том числе в 1904 г. — хедеров), подготовила издание «Сборника в пользу начальных еврейских школ» (1896) и «Справочной книги по вопросам образования евреев» (1901). Помимо этого, в комиссии проводилась теоретическая разработка вопросов еврейского народного образования. Поскольку сумма субсидий комитета ОПЕ учащимся общих учебных заведений значительно превышала субсидии еврейским школам (в 1893–94 гг. более, чем в восемь раз), после образования комиссии ее усилия были направлены на существенное увеличение материальной помощи еврейским начальным школам. ОПЕ стало широко поддерживать старые школы и содействовать открытию новых, ставя условием преподавание религиозных предметов и языка иврит (в 1894 г. ОПЕ субсидировало 37 школ, а в 1898 г. — около 100). В 1895 г. в ведение общества перешло Петербургское еврейское училище (Общественная талмуд-тора), после этого ОПЕ стало открывать свои школы (в 1910 г. их было десять, не считая восьми образцовых хедеров и двух детских садов), разрабатывать примерные учебные планы для начальных еврейских школ, а также приступило к изданию учебной литературы. С 1900 г. ОПЕ стало получать от Совета Еврейского колонизационного общества специальные средства на поощрение еврейского начального образования в России (в 1900 г. — 26 тыс. рублей, в 1902 г. — 40 тыс. рублей, в 1906 г. — вдобавок к 42 тыс. еще 56 тыс. рублей на школы, пострадавшие от погромов). Деятельность общества значительно расширилась с открытием новых отделений в Москве (1894 г. — коллегия уполномоченных, преобразованная в 1909 г. в отделение), в Риге (1898), в Киеве (1903). В 1913 г. в России работало 30 отделений ОПЕ с семью тысячами членов (в 1864 г. в ОПЕ было 175 человек). Открылись библиотеки ОПЕ в Петербурге (1872), в 1901–1905 гг. в Одессе, Киеве и Риге (в 1910 г. было девять библиотек). В декабре 1902 г. в Петербурге при комитете ОПЕ состоялось первое Всероссийское совещание по вопросам народного образования. В 1901–1904 гг. ОПЕ провело ряд летних курсов для учителей еврейских школ, а в 1907 г. открыло в Гродне двухгодичные педагогические курсы для подготовки кадров еврейских учителей.
В 1903 г. группа представителей петербургской интеллигенции во главе с Ш. Гинзбургом, Л. Брамсоном и др. на общем собрании членов ОПЕ поставила на обсуждение вопрос о включении языка идиш в программу школьного образования. Споры об использовании языка идиш в еврейских народных школах продолжались и на созванных в марте 1910 г. и апреле 1911 г. в Петербурге съездах представителей отделений ОПЕ; на первом из них было принято решение об издании педагогического журнала. В ноябре 1910 г. — декабре 1916 г. под редакцией Я. Эйгера (1862–193?) выходил ежемесячник «Вестник Общества распространения просвещения между евреями в России» (позже переименованный в «Вестник еврейского просвещения»), который был посвящен проблемам еврейского образования, культуры и библиотечного дела. В 1913 г. вся еврейская общественность России торжественно отмечала 50-летний юбилей ОПЕ; в честь этого события была выбита медаль по проекту И. Гинцбурга. Начавшаяся в 1914 г. мировая война, породившая рост массового антисемитизма, проблему беженцев и высланных, которые создали новые еврейские общины в глубине России, вновь поставила вопрос о языках образования в еврейских школах. В феврале 1916 г. на совещании ОПЕ по вопросу о народной школе (в основном для беженцев) было принято компромиссное решение (с заметным уклоном в сторону приоритета языка идиш). Согласно резолюции, все предметы, кроме русского языка, а также истории и географии Российской империи, должны были преподаваться на идиш. Обучение ивриту проводилось на иврите или на идиш. За первые 9 месяцев 1916 г. на содержание школ для беженцев ОПЕ израсходовало свыше 460 тыс. рублей. В начале 1917 г. число детей и подростков из семей беженцев, обучавшихся в школах и на дневных и вечерних курсах, достигло 25 тыс. человек (в 260 различных учебных заведениях). Кроме этого, в 40 городах общество субсидировало также хедеры, в которых обучалось свыше 2500 детей.
Ввиду того, что ОПЕ было почти единственной официальной еврейской культурно-просветительной организацией в России, к нему примкнули многие деятели еврейской культуры и национального движения, такие как Л. Пинскер, Ахад-ха-‘Ам, Менделе Мохер Сфарим Х. Н. Бялик, С. Дубнов, И. Перец и др., а после поражения революции 1905–1907 годов — и члены еврейских социалистических партий. После Февральской революции 1917 г. сионисты (см. Сионизм) создали собственную организацию, занимавшуюся культурой и просвещением, — Тарбут, а идишисты — общество «Култур-лиге» (в Киеве). Обе эти организации просуществовали недолго и в начале 1920-х гг. были ликвидированы. В Петрограде комитет ОПЕ был закрыт в 1918 г., а периферийные отделения действовали до 1920 г. (в 1919 г. [на обложке — 1920 г.] киевское отделение издало первый том книги И. Цинберга «История еврейской литературы европейского периода»). В 1922 г. с разрешения властей была возобновлена работа Петроградского центра ОПЕ, который на протяжении 1920-х гг. занимался издательской (Михаил Кулишер «Великая французская революция и еврейский вопрос», Л., 1924; сборники «Еврейская мысль», 1–2 тт., 1922–26; «Еврейский вестник», 1928) и просветительской (в основном лекционной) деятельностью, которая была тесно связана с Еврейским историко-этнографическим обществом. Эти организации подвергались нападкам Евсекции, и после разгромной статьи в журнале «Трибуна еврейской советской общественности» (№ 12, 1929) были закрыты в конце 1929 г. Вместо них в феврале 1930 г. в Ленинграде было образовано Общество по изучению истории и экономики еврейского пролетариата, просуществовавшее недолго. Фонды ленинградской библиотеки ОПЕ (одной из богатейших в Европе по гебраистике и иудаистике), содержащей более 50 тыс. книг и свыше тысячи рукописей (900 из них были описаны И. Цинбергом), были переданы Институту еврейской пролетарской культуры Украинской АН (Киев) и Еврейскому сектору Белорусской АН (Минск).
