Шалость

Поезд приятно гремел колёсами, укачивая меня на верхней полке душного купе. Я свесился вниз, чтобы посмотреть на милое лицо Айны, задремавшей на нижней полке. Кукольное личико, фарфоровая кожа, алые губы — она прекрасна, когда спит. По мелким складочкам на лбу я понял, что сон у нее тревожный. Как можно осторожней, чтобы не разбудить сонную принцессу, я подтянулся на руках и нырнул вглубь своей ячейки, решив немного помечтать. В последнее время я часто задавался одним и тем же вопросом: если Бог держит нашу Судьбу в Своих руках, Он решает всё за нас или у нас есть право на собственный выбор?
 
Внизу на противоположной стороне купе сидела Тина. Наши взгляды встретились, и я подумал, что мог бы пофилософствовать с ней на эту тему. У нее был незаурядный ум, и она поражала меня своим неординарным подходом ко всему.

Будто прочитав в моём взгляде что-то призывающее, Тина тихо встала с койки и беззвучно очутилась на моей сверху.

— Андрис, — прошептала она. — Что ты хотел у меня спросить?

— Кое-что про Бога, — в недоумении ответил я, отодвигаясь к стенке.

— Тсс, — приложила она палец к губам. — Жену разбудишь.

Тина была лёгкая, как перо и, прижав меня к стене, поместилась на верхней полке. Совсем недавно она возглавила отдел, после ухода в декрет предыдущей начальницы. С работой справлялась на редкость хорошо, и весь отдел получил годовую премию и путевки в Сочи.

Билеты покупали в разнобой и заказывали на родственников: жён, мужей, детей, сестёр и братьев. Тина была не замужем и предпочла путешествовать одна, а билет ей достался в одном купе со мной и моей женой, которая сейчас мирно спала внизу.
 
— Андрис, — шептала начальница, прижимаясь ко мне худосочным телом. — Про Бога тема одна из болезненных, но значимых для каждого человека, особенно, когда он одинок.

— Тина, я понимаю, но…

— Ты не понимаешь, что ты можешь понять, наверняка думаешь, что я пристаю? Вовсе нет, ты не в моем вкусе.

— Правда?

— Ты расстроен? — усмехнулась она.

Мне стало её жалко, во взгляде скользила боль, прикрытая дерзостью. Все сотрудники взяли на отдых своих жён, мужей, детей, а ей некого было взять, все были в курсе ее одиночества и трудоголизма. Тине было далеко за 30, но она так и не обзавелась семьей. Странно, ведь достаточно симпатична, несмотря на немного напористый характер и не женские манеры.
 
— Андрис, не переживай так, я лесбиянка, — неожиданно сказала она.

Я удивленно уставился в ее серо-голубые глаза.

— Правда?

Она тихо рассмеялась. И я увидел всю ту же боль и недосказанность, прикрытую дерзкой усмешкой.

— Ты наивный, — она произнесла это жёстко и, видимо, чтобы обезопасить меня и Айну от непонятных разбирательств. И, в какой-то момент, меня обуяло любопытство, что лесбиянки испытывают к мужчинам? Они считают их друзьями или соперниками?

Я слышал из психологии, что лесбиянками становятся девушки, которые в детстве или юности перенесли какую-нибудь психологическую травму. За этими словами может скрываться весьма обширный перечень причин, толкающих женщин в объятия других женщин. Детские комплексы, критичная к мужчинам мать, развратный отец, насмешки мальчишек, неудачный первый сексуальный опыт с мужчиной, изнасилование. Для таких женщин мужчина и его сексуальность являются чем-то враждебным или, наоборот, недостижимым. На этом фоне женщины, у которых травмирована психика,  распознают других женщин как своих, а значит безопасных и понятных, они становятся единственным возможным объектом сексуального влечения.
 
— Тина, мне очень жаль…

— Что, что тебе жаль? — она непонимающе смотрела на меня.

Как не просто всё в нашей жизни. Одна травма не может сделать женщину лесби. Здесь дела обстоят глубже — девушки приходят к гомосексуализму вследствие невозможности осознать себя женщиной. Меня вдруг осенило, она не может почувствовать себя женщиной, ей не хватает уверенности в своей красоте и в том, что она может быть желанна и востребована мужчинами. Например, как Айна. Возможно, на это её состояние наложилась и какая-нибудь травма, которая прочно зафиксировала такое отклонение.

На минуту я погрузился в её пылающие зрачки, а затем приблизился и поцеловал, задержавшись на губах. Она замерла, отстранилась, медленно слезла с полки, открыла дверь и вышла из купе.
 
Стук двери разбудил Айну, и она проснувшись, спросила:

— Что тут произошло?

— Я поцеловал Тину…

— Что?!

— Она сказала, что она лесби...

— О Боже…

Айна приподнялась и начала одеваться. Затем молча покинула купе, вслед за недавно ушедшей Тиной. Я свесил ноги с полки, почесал затылок, а затем спрыгнул на пол, открыл шторку тусклого окна и посмотрел на улицу. Серые тучи застилали небо, что-то странное надвигалось на нас. Кажется, поезд приближался к какому-то меленькому городку. Проводница объявила об остановке на 15 минут.

Я вышел на улицу за другими людьми. Некоторые разбрелись по магазинам, а другие нервно курили, не отходя от поезда. В освящении фонарного столба я увидел две женские фигуры и пошел к ним.

Тина плакала, а Айна её утешала. Увидев меня, Тина сверкнула глазами и отвернулась, а Айна серьезно посмотрела на меня.

— Что ты сделал, Андрис?

— Айна, понимаешь… — попытался оправдаться я.

— Она несчастна, и это сделал ты. И меня ты сделал несчастной тоже.

Я молчал, вглядываясь в две дрожащие фигуры. Что я, собственно, сделал двум женщинам, что они стали сестрами по несчастью? Отдавшись во власть анализу, я спрашивал, что произошло и пытался разобраться в ситуации, но как ни старался - не мог. Я поднял голову и увидел, что серые тучи готовы разразиться дождем, а значит все побегут в поезд, оставляя не разрешенной эту ситуацию. Я вспомнил о заклинателях дождя и захотел стать одним из них, чтобы оттянуть на время пролив туч, и неосознанно прочитал молитву.
 
На небе вдруг появились фиолетовые отблески, которые были похожи на молнии. Я стоял в сильном напряжении, и моя голова диссонировала с электричеством в небе.  Вокруг все искрилось и светилось мягким фиолетовым светом, предвещая ливень.

И вдруг я  услышал Голос:

— Твое мнение о людях не есть истина в последней инстанции, но твоя дерзость взять на себя право решать судьбы других была слишком смелой, продиктованная тебе твоим же невежеством. Если люди чем-то отличаются от тебя, это не значит, что Я не нахожусь в их сердце, также как Я нахожусь в твоем. Понятия: «другие», «не такие», «меньшинства» — гордыня и дерзость поселившиеся в твоей голове, все люди разные изначально, и Я об этом знаю, к твоему сведению. У каждого человека свой путь души. Пришедшая на землю душа сама выбрала этот свой неповторимый и индивидуальный путь, поэтому невозможно объяснить всё внешними обстоятельствами, поэтому не пытайся лечить и соболезновать, а просто уважать.

— О, Господь! — взмолился я. — Я ведь не сделал ничего постыдного и неправильного, это был лишь порыв ребенка помочь в определенной ситуации.
 
— Порыв ребенка или измена взрослого?

— Измена? — удивился я.
 
— Для тебя в этой игре нет измены, если ты целуешь девушку, которая, предполагается, никогда не будет с тобой — это версия для жены. Но раз ты берешься ее целовать, то в глубине души у тебя живет надежда, что будет твоей, а значит измена есть.

Кажется, я продемонстрировал свою изобретательность и мужской шовинизм в одном флаконе. Тонкие пороки, прикрытые красивыми образами: гордыня и тщеславие.

— Твое искреннее раскаяние и понимание чувств других людей вернет твоё счастье, — сказал Всевышний.  — Которое зависит от того, счастливы ли люди, находящиеся рядом с тобой.

И я понял, что времени у меня очень мало. Поезд пока не тронулся, дождь завис, но я рискую остаться на перроне, ведь с этого места мне не сойти, коли со мной разговаривал Сам Господь.

Я подошел к Тине.

— Тина, я принимаю и уважаю твое право быть собой и право на выбор. Я воспринимаю тебя женщиной с индивидуальной душой, пришедшей в этот мир за своими уроками, счастьем и любовью. Я прошу простить меня за мой невежественный взгляд на твою неповторимую личность, за стереотипное мышление, навязанное мне обществом и за желание проверить тебя, продиктованное мне неверием тебе.

Она вытерла слезы и посмотрела на меня долгим удовлетворенным взглядом, а потом легко подтолкнула Айну. Открывая мне сердце, Тина переживала за мою жену не больше меня.

Я приблизился к Айне.

— Айна, я глубоко раскаиваюсь и осознаю свою подлость по отношению к тебе. Гордыня взяла надо мной верх и я возомнил, что любая женщина кроме тебя может быть со мной, если я того пожелаю. Набивая себе цену, мне хотелось быть значимым, потому что тщеславие овладело мной. Но кроме тебя мне никто не нужен, столько с тобой я по-настоящему счастлив. Господь открыл мне глаза невежества, и я понял, что в тебе одной весь мир для меня. Ты любовь всей моей жизни.

Она подошла и обняла меня. В отблесках света среди серого тумана я вглядывался в застывшие слезы в ее красивых карих глазах. Прохладная ладонь коснулась моей руки, и я увидел, что Тина зовет нас в поезд. Проводница уже стояла на железных ступеньках, махая нам рукой и показывая в небо - начинался дождь.

Теплое купе, расстеленные постели и кружки горячего травяного чая. Поезд тронулся, через час мы будем уже в Сочи.
 
Оставшуюся дорогу я благодарил Господа, что изменил ракурс моего взгляда, открыл мне глаза на вещи, воспринимаемые большинством мужчин как стереотипные. Бог творец нашей Судьбы, но на право выбора Он не посягает. Он помогает нам сделать правильный выбор и не помогает, когда мы этого не хотим.


* * *
7 Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их?
8 сказываю вам, что подаст им защиту вскоре. Но Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?
9 Сказал также к некоторым, которые уверены были о себе, что они праведны, и уничижали других, следующую притчу:
10 два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь.
11 Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь:
12 пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю.
13 Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне грешнику!
14 Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится.
(Евангелие от Луки 18:7—18:14.)



(Мск, 25.09.2017г.)