ИСКУПЛЕ́НИЕ (на библейском иврите כִּפֻּרִים — киппурим, послебиблейском כִּפּוּר — киппур, или כַּפָּרָה — каппара), устранение последствий греха, исправление или заглаживание проступка, вины, возмещение ущерба. Этимологически ассоциируется как с выкупом (кофер), так и с ликвидацией («прикрытием» или «смыванием») греха (ср. на аккадском капару — буквально `смыть`).
В иудаизме концепция искупления проистекает из сущности еврейской религии как сознания живой связи с Богом — святым и справедливым Царем и любящим Отцом. Грех нарушает эту связь; отсюда необходимость примирения с Богом, восстановления нарушенной связи с помощью раскаяния и заглаживания вины. Понимание искупления и средства его достижения менялись на протяжении истории, отражая морально-религиозную эволюцию еврейского народа.
Согласно Библии (Лев. 4,5:1–19; Чис. 15:22–29), искупление прегрешений, совершенных по ошибке или неведению, достигается жертвоприношением. Однако искупление прегрешения, причинившего убыток ближнему, требует прежде всего возмещения убытка и выплаты штрафа пострадавшему (Лев. 5:21–26).
Но в отличие от политеистических религий других народов Ближнего Востока даже тогда, когда можно ограничиться только жертвоприношением, оно не рассматривается как самостоятельное и достаточное средство искупления: «... и искупит его священник от греха его, и прощено будет ему» (Лев. 4:26, 31, 35), то есть ритуал совершает жрец, но прощение дарует не он, а Бог. Преднамеренно и сознательно совершенные тяжкие грехи не могут быть искуплены жертвоприношением; повинный в них карается смертной казнью или преждевременной смертью (см. Грех; Карет).
Покаяние в грехах является необходимым дополнением всякого ритуала искупления (Лев. 5:5; 16:21). Пророки (см. Пророки и пророчество) многократно подчеркивают, что ритуал жертвоприношения является лишь внешней формой искупления; он эффективен лишь при условии предварительного очищения, отказа от злых поступков, решимости творить добро (см. Жертвоприношение). Наряду с жертвоприношением в качестве средств искупления Библия называет молитву и пост (I Сам. 7:5,6; Иоэль 2:12,13; Иона 3). Все они, однако, действенны, если служат моральному исправлению человека (Ис. 58:5–7).
Многократно подчеркнутое в Библии утверждение, что раскаяние влечет за собой ответный акт Божьего прощения, опирается на уникальность отношений между Богом и народом Израиля, которые носят характер договора, налагающего взаимные обязательства (см. Завет), — если народ Израиля будет верен Богу, Бог услышит молитву народа и простит его грехи (Иер. 29:12,13). Отеческое отношение Бога к Израилю внушает надежду на прощение грехов Израиля (Иер. 31:19,20; Хош. 11:1–9) и свидетельствует о том, что страдания еврейского народа — не возмездие за грехи, но исправительная мера (Втор. 8:5; Пр. 3:12).
Завет допускает искупление через заступничество праведников (в первую очередь, пророка) за народ, однако Бог отвергает их защиту, если грехи Израиля превышают меру Его долготерпения (Иер. 15:1; Иех. 14:13–20). Вместе с тем такие бедствия, как разрушение Храма и галут, Талмуд и Мидраш толкуют как искупление народом его грехов перед Всевышним (Санх. 37б; Исх. Р. 31:10).
Другим аспектом договора Израиля с Богом является обещание Бога патриархам, что народ Израиля будет вечно пребывать и вечно владеть Эрец-Исраэль. В просьбах заступников о прощении постоянно упоминается это обещание (Исх. 32:13; Втор. 9:27; Миха 7:19,20 и в других местах), а также выдвигается аргумент, что страдания Израиля будут истолкованы его врагами не как наказание за нарушение Завета, но как неспособность Бога исполнить возложенное Им на Себя обязательство (Чис. 14:15,16; ИбН. 7:9 и в других местах). Искупление Израиля должно прославить и освятить имя Божие во всем мире (Пс. 102:16,17; 115:1; 138:3–5), даже если сам Израиль недостоин прощения (Ис. 48:9–11; Иех. 36:22–38).
Согласно законоучителям Талмуда, «молитва, раскаяние и благодеяние отвращают роковое решение» (ТИ., Та‘ан. 2:1, 65б), то есть обеспечивают искупление грешнику в той же мере, как до разрушения Второго храма оно обеспечивалось жертвоприношением. За раскаянием в несоблюдении положительного предписания (авера ал мицвот асе; см. Мицвот) следует искупление (Иома 85б), но за совершение запрещающего действия (авера ал мицвот ло та‘асе) искупление наступает (после раскаяния) лишь в Иом-Киппур. Раскаяние и Иом-Киппур ведут к отсрочке наказания за грех, караемый казнью или каретом, но искупление греха служат муки.
Раскаяние, Иом-Киппур и муки только отдаляют наказание за поругание имени Божьего, так что лишь смерть приносит искупление (Иома 86а; Майм. Яд., Хилхот тшува 1:4). Формула «Да будет смерть моя искуплением всех моих грехов», приводимая в Талмуде как искупительная для идущего на казнь (Санх. 6:2), стала примерно с 13 в. общепринятой для всех умирающих (Ш. Ар. ИД. 338:2).
Возмещение убытков ближнему за нанесенный ему ущерб законоучители Талмуда считают недостаточным для искупления и обязывают просить у него прощение, так же как и за всякую обиду вообще. Потерпевший, в свою очередь, обязан простить согрешившего («прощающему ближнего простятся его прегрешения»; Мег. 28а). Если пострадавший отказывается прощать даже после того, как обидчик трижды явится к нему и в присутствии свидетелей попросит прощения, он, в свою очередь, считается согрешившим (Иома 87а; Танх., Хуккат 19).
Галаха предъявляет пострадавшему еще более строгие этические требования: он должен не только простить обидчика, но также молиться о том, чтобы Бог простил его еще до того, как тот попросит прощения (Тосеф., БК. 9:29). Общей тенденцией раввинистического иудаизма было стремление придавать ритуалу искупления меньшее значение по сравнению с личной праведностью человека и его отношением к Богу. Талмуд и Мидраш учат, что грехи народа искупаются страданиями или смертью праведника (Санх. 39а; Исх. Р. 21:7; 35:4). Это учение послужило основой для толкования христианством смерти Иисуса на кресте как искупление грехов человеческого рода.
Получившие хождение в средние века (частично под влиянием каббалы) представления о том, что длительные посты и другие формы «умерщвления плоти» ведут к искуплению, были впоследствии отвергнуты прежде всего хасидизмом. Нечто напоминающее искупительную жертву содержится в послеталмудическом обычае каппарот.
Уникальный для библейских установлений ритуал совершался в случаях обнаружения в поле трупа неизвестно кем убитого человека. Старейшины близлежащего города отводили телицу, «которая еще не тянула под ярмом», к текущему меж бесплодных скал ручью, обезглавливали ее там, омывали над ней руки и провозглашали свою невиновность в кровопролитии; а принимавшие участие в ритуале священники просили Бога, чтоб он простил преступление народу (Втор. 21:1–9). Ритуал эгла аруфа (обезглавленная телица) не являлся жертвоприношением или искуплением убийства.
Поскольку, согласно Библии, пролитая кровь человека оскверняет и делает бесплодной землю, что «не искупится, разве только кровью пролившего ее» (Быт. 4:11–12; Чис. 35:33), кровь телицы служила как бы заменой крови убитого, и осквернение переносилось с места, где был найден убитый, на место, где обезглавили животное. Если убийца впоследствии обнаруживался, он подлежал казни (Сота 9:7; Кт. 37б).
Талмуд наделяет этот ритуал (отправление которого прекратилось в начале 1 в. н. э.) особым этическим содержанием. В заявлении старейшин об их невиновности законоучители Талмуда усматривают не столько отречение от причастности к пролитию невинной крови, сколько сокрушение по поводу того, что не могли быть приняты меры для предотвращения убийства (Сота 9:6 и 46б). Таким образом, это толкование подразумевает предписание опасаться бездействия, которое создает условия для преступления.
Этот этический смысл ритуала упоминается в отчете Комиссии по расследованию обстоятельств убийства гражданского населения лагерей Сабра и Шатила, совершенных частями христиан-фалангистов во время Ливанской войны (сентябрь 1982 г.). Говоря о косвенной ответственности некоторых израильских военачальников и государственных деятелей за преступление, которое они не сумели предотвратить, комиссия во главе с председателем Верховного суда И. Каханом (1913–85) подчеркивает: «Основание для такой ответственности можно найти во взглядах наших предков, нашедших выражение в том, что сказано ими по поводу эгла аруфа». См. также Избавление; Прощение; Раскаяние.
