Стокгольм
(Фото: shutterstock)
Парламентские выборы в Швеции, которые еще месяц назад казались почти решенными, превратились в крайне напряженную борьбу. Преимущество левоцентристского блока во главе с социал-демократами, достигавшее в середине августа примерно 10%, стремительно сократилось. В воскресенье шведы придут на избирательные участки, не имея очевидного фаворита.
Согласно опросу Ipsos, опубликованному за два дня до голосования, левоцентристский блок получает 49,3% голосов, а правые партии премьер-министра Ульфа Кристерссона и лидера партии Шведские демократы Йимми Окессона – 49%. При таком результате разрыв в парламенте, насчитывающем 349 депутатов, составит всего один мандат: 175 против 174. Другие опросы дают левым преимущество от 3% до 6%, но также показывают резкое сокращение разрыва.
Центральной фигурой возможного политического переворота стал 47-летний Окессон – клавишник группы, исполняющей викинг-рок, устроивший собственную свадьбу в стиле метал-фестиваля. Премьер-министром он, вероятно, не станет, но в случае победы правого блока может впервые привести свою партию в правительство.
Сами Шведские демократы не демонстрируют резкого роста: сейчас их поддерживают 18–19% избирателей против 20,5% на выборах 2022 года. Шансы Окессона увеличились благодаря восстановлению партнеров по правому блоку, прежде всего Либеральной партии, которая недавно находилась под угрозой исчезновения из парламента.
Путь Шведских демократов к власти занял более двух десятилетий. Партия была создана в 1988 году как радикальное националистическое движение, а некоторые ее основатели были связаны с неонацистскими организациями и движением за превосходство белых. Заказанное самой партией историческое исследование подтвердило, что в 1980-х и 1990-х годах на ее мероприятиях и в публикациях были распространены антисемитизм и поддержка нацистских идей. Один из основателей во время Второй мировой войны служил в СС. В прошлом году партия публично извинилась за эту часть своей истории.
Окессон присоединился к движению в 1995 году, а в 2005-м, в возрасте 25 лет, возглавил его. При нем из партии исключали наиболее радикальных активистов, на мероприятиях запретили нацистскую символику, а по всей стране появились новые отделения. В 2010 году Шведские демократы впервые прошли в парламент, а в 2022-м получили 73 из 349 мест и стали второй политической силой страны.
Окессон сознательно сохраняет образ не государственного деятеля, а "соседа из дома напротив". Он живет на юге Швеции, где вырос, и каждую неделю ездит в Стокгольм. На митингах его встречают скандированием имени, а сторонники носят футболки с его портретом. Политолог Йенни Мадестам отмечает его способность просто объяснять сложные вопросы.
За неформальным образом стоит жесткая программа по вопросам миграции, национальной идентичности и ислама. Шведские демократы требуют отказаться от мультикультурализма, укреплять шведские язык и культуру, увеличивать число депортаций и максимально ограничить иммиграцию. Партия обещает сократить выдачу видов на жительство до самого низкого уровня в Евросоюзе.
Представляя программу, Окессон заявил, что "праздник в Швеции закончился" и страна больше не является местом, куда можно приехать и жить на пособия. Он утверждает, что социал-демократы превратили безопасные сообщества в "зоны боевых действий", и предупреждает, что Швеция потеряет свою идентичность, если вся рабочая сила будет прибывать из-за границы. Партия также выступала за ограничения на традиционную мусульманскую одежду и снос мечетей, где, по ее мнению, распространяется радикальная исламистская идеология.
Даже без участия в правительстве Окессон уже серьезно повлиял на политику страны. С 2022 года депутаты Шведских демократов обеспечивали парламентское большинство правительству меньшинства Кристерссона, получая взамен влияние на решения. За четыре года Швеция отменила некоторые возможности получения беженцами постоянного вида на жительство, ужесточила условия предоставления пособий и расширила основания для депортации. Число просителей убежища опустилось до минимума примерно за 40 лет.
С января 2026 года некоторым мигрантам из стран, не входящих в ЕС, предлагают до 350.000 крон, около 37.000 долларов, за добровольный отъезд. Желающих оказалось немного, однако сама программа показывает, насколько изменилась Швеция с 2015 года, когда она приняла больше просителей убежища на душу населения, чем любая другая страна Евросоюза. Жесткую миграционную политику теперь обещают сохранить даже социал-демократы.
Однако влияния извне Окессону уже недостаточно. Он заявил, что после победы правого блока партия либо войдет в правительство, либо уйдет в оппозицию. Шведские демократы требуют не менее трех из четырех ключевых портфелей – министра финансов, иностранных дел, обороны и юстиции. Пост премьера Окессон готов оставить Кристерссону, даже если его собственная партия окажется крупнее партии умеренных.
Кристерссон, ранее выступавший против сотрудничества со Шведскими демократами, в апреле снял последние ограничения и объявил, что четыре правые партии намерены сформировать правительство большинства. Его главная соперница - лидер социал-демократов и бывший премьер-министр Магдалена Андерссон. Однако разногласия внутри поддерживающего ее блока по вопросам экономики, налогов и энергетики могут осложнить создание кабинета даже в случае победы левых.
Исход борьбы во многом зависит от небольшой Либеральной партии. Проходной барьер составляет 4%, а в августе ее рейтинг опускался до 1,9%. Теперь либералы получают 5–5,8% благодаря тактическим голосам сторонников правого блока. Если партия пройдет в парламент, шансы Кристерссона и Окессона на большинство заметно возрастут.
Выборы станут очередной проверкой влияния националистических правых в Европе. После успехов таких сил в нескольких странах шведский случай особенно показателен: партия, которую долго считали неприемлемой для сотрудничества, уже четыре года участвует в принятии решений и теперь приблизилась к министерским постам. Даже при поражении Окессон сможет утверждать, что главный спор о направлении развития Швеции он во многом уже выиграл.