Собранную у населения ПЭТ-тару привозят в Солнечногорск, на завод "Пларус", который занимает более трех гектаров. Это самое крупное предприятие такого рода в стране — ежемесячно здесь перерабатывают 1800-2500 тонн пластиковых бутылок. Еще «Пларус» — единственный российский завод, работающий по технологии "bottle-to-bottle", когда из старой пластиковой бутылки делают новую
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Все привезенное сырье хранится на улице, спрессованное в кипы массой 100-300 кг. Бутылки могут долго ждать своей очереди на переработку — сейчас на территории завода хранятся кипы, сформированные еще осенью 2015 года
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Для переработки на этом заводе принимают только голубые, коричневые, зеленые и бесцветные бутылки — среди собранного сырья их около 90%. Белые и «кислотные» бутылки, которые производители используют для привлечения внимания покупателей, из-за сложностей с переработкой красителей списывают в брак – отправляют другим переработчикам. Если бутылка заляпана краской и ее невозможно отчистить, то она тоже выбраковывается
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
В первом цеху кипы распаковывают, и бутылки по конвейеру отправляются на троммель, где их очищают от песка и грязи. Если обнаруживают, что этикетка приклеена синтетическим клеем, ее также отправляют в брак – такой клей можно растворить только импортными средствами, которые слишком дороги для промышленного использования в России
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Завод работает круглосуточно, в 4 смены, каждая длится по 6 часов. Всего на производстве занято более 150 человек. За границей на заводах такого масштаба работают вдвое меньше людей, но в России приходится нанимать больше сотрудников, так как сырье поступает очень грязным и его необходимо очищать. Пластик приходит чистым, только если отходы изначально собирают раздельно
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
После машинной сортировки бутылки перебирают еще раз — вручную. Операторы отбраковывают мусор, удаляют этикетки, скручивают пробки – их продают другим переработчикам. Если внутри бутылки обнаруживают гвозди, камни и другие твердые материалы, ее отправляют в брак – иначе оборудование испортится
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Только 1% сырья поступает на завод в рамках раздельного сбора отходов. Например, во дворах Солнечногорска установлены 90 контейнеров для сбора пластиковой тары – это позволяет переработать около 45% пластиковой тары, которая выбрасывается в городе. Еще завод в поисках чистых бутылок сам экспериментирует с организацией раздельного сбора — например, договаривается с фитнесс-клубами и отелями
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Тем не менее, 99% сырья «Пларус» вынужден закупать с сортировок смешанного мусора, поэтому бутылки приходят на завод загрязненными, перепачканными органикой и другим мусором. Расходы на очистку приводят к значительному удорожанию процесса переработки
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Несмотря на огромное количество бутылок в быту, сырья заводу не хватает, так как в стране не развита система переработки. В итоге бутылки для "Пларуса" везут даже из Краснодара и с Урала. Экологическая организация "Гринпис России" является партнером завода — "зеленые" занимаются внедрением раздельного сбора отходов в России
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Отобранные бутылки отправляются на мойку — сначала в холодной воде, а потом в горячей, с использованием щелочного раствора и специального моющего средства
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Дробление бутылок начинается прямо в горячей воде, полученную массу снова отмывают и ополаскивают. Потом она проходит поочередно через стадии отжима, осушки и обезметалливания
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Наконец, измельченная масса поступает в цех, где начинается вторая жизнь бутылки. В первую очередь завод производит гранулы, из которых делают новые бутылки – переработанное сырье практически не отличается от первичного. Также из ПЭТ делают обвязочные ленты, шпагат и даже тротуарную плитку
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
"В 2007 году, когда завод только начал работу, мы платили 5 рублей за килограмм бутылок. Сейчас приходится платить уже 25 рублей, — говорит коммерческий директор завода Светлана Яковлева — Цена в данном случае зависит только от спроса". На предприятии надеются, что правительство будет расширять систему раздельного сбора мусора — это позволит снизить закупочную цену и перерабатывать больше отходов. «Сортировка и переработка отходов решит не только проблемы свалок или мусоросжигательных заводов, но и положительно отразится на экономике, — говорит Алексей Киселев, эксперт по токсическим вопросам «Гринпис России», — Мы ежегодно закапываем или сжигаем миллионы рублей: заводы готовы платить деньги за вторсырье. Если организовать масштабный раздельный сбор отходов, то мусор станет новыми вещами, а на заводах появятся новые рабочие места»
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Собранную у населения ПЭТ-тару привозят в Солнечногорск, на завод "Пларус", который занимает более трех гектаров. Это самое крупное предприятие такого рода в стране — ежемесячно здесь перерабатывают 1800-2500 тонн пластиковых бутылок. Еще «Пларус» — единственный российский завод, работающий по технологии "bottle-to-bottle", когда из старой пластиковой бутылки делают новую
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Все привезенное сырье хранится на улице, спрессованное в кипы массой 100-300 кг. Бутылки могут долго ждать своей очереди на переработку — сейчас на территории завода хранятся кипы, сформированные еще осенью 2015 года
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Для переработки на этом заводе принимают только голубые, коричневые, зеленые и бесцветные бутылки — среди собранного сырья их около 90%. Белые и «кислотные» бутылки, которые производители используют для привлечения внимания покупателей, из-за сложностей с переработкой красителей списывают в брак – отправляют другим переработчикам. Если бутылка заляпана краской и ее невозможно отчистить, то она тоже выбраковывается
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
В первом цеху кипы распаковывают, и бутылки по конвейеру отправляются на троммель, где их очищают от песка и грязи. Если обнаруживают, что этикетка приклеена синтетическим клеем, ее также отправляют в брак – такой клей можно растворить только импортными средствами, которые слишком дороги для промышленного использования в России
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Завод работает круглосуточно, в 4 смены, каждая длится по 6 часов. Всего на производстве занято более 150 человек. За границей на заводах такого масштаба работают вдвое меньше людей, но в России приходится нанимать больше сотрудников, так как сырье поступает очень грязным и его необходимо очищать. Пластик приходит чистым, только если отходы изначально собирают раздельно
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
После машинной сортировки бутылки перебирают еще раз — вручную. Операторы отбраковывают мусор, удаляют этикетки, скручивают пробки – их продают другим переработчикам. Если внутри бутылки обнаруживают гвозди, камни и другие твердые материалы, ее отправляют в брак – иначе оборудование испортится
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Только 1% сырья поступает на завод в рамках раздельного сбора отходов. Например, во дворах Солнечногорска установлены 90 контейнеров для сбора пластиковой тары – это позволяет переработать около 45% пластиковой тары, которая выбрасывается в городе. Еще завод в поисках чистых бутылок сам экспериментирует с организацией раздельного сбора — например, договаривается с фитнесс-клубами и отелями
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Тем не менее, 99% сырья «Пларус» вынужден закупать с сортировок смешанного мусора, поэтому бутылки приходят на завод загрязненными, перепачканными органикой и другим мусором. Расходы на очистку приводят к значительному удорожанию процесса переработки
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Несмотря на огромное количество бутылок в быту, сырья заводу не хватает, так как в стране не развита система переработки. В итоге бутылки для "Пларуса" везут даже из Краснодара и с Урала. Экологическая организация "Гринпис России" является партнером завода — "зеленые" занимаются внедрением раздельного сбора отходов в России
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Отобранные бутылки отправляются на мойку — сначала в холодной воде, а потом в горячей, с использованием щелочного раствора и специального моющего средства
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Дробление бутылок начинается прямо в горячей воде, полученную массу снова отмывают и ополаскивают. Потом она проходит поочередно через стадии отжима, осушки и обезметалливания
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
Наконец, измельченная масса поступает в цех, где начинается вторая жизнь бутылки. В первую очередь завод производит гранулы, из которых делают новые бутылки – переработанное сырье практически не отличается от первичного. Также из ПЭТ делают обвязочные ленты, шпагат и даже тротуарную плитку
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
"В 2007 году, когда завод только начал работу, мы платили 5 рублей за килограмм бутылок. Сейчас приходится платить уже 25 рублей, — говорит коммерческий директор завода Светлана Яковлева — Цена в данном случае зависит только от спроса". На предприятии надеются, что правительство будет расширять систему раздельного сбора мусора — это позволит снизить закупочную цену и перерабатывать больше отходов. «Сортировка и переработка отходов решит не только проблемы свалок или мусоросжигательных заводов, но и положительно отразится на экономике, — говорит Алексей Киселев, эксперт по токсическим вопросам «Гринпис России», — Мы ежегодно закапываем или сжигаем миллионы рублей: заводы готовы платить деньги за вторсырье. Если организовать масштабный раздельный сбор отходов, то мусор станет новыми вещами, а на заводах появятся новые рабочие места»
Фото: Коммерсантъ / Михаил Гребенщиков
