Население России в 2016 году: доходы, расходы и социальное самочувствие. Мониторинг НИУ ВШЭ

Мониторинг выпускается в рамках реализации Специального проекта НИУ ВШЭ "Мониторинг доходов, самочувствия и потребительских предпочтений российских домохозяйств" (ТЗ-101/2016).

Регулярный оперативный мониторинг организован с целью ежемесячного наблюдения за изменениями, происходящими в доходной обеспеченности и бедности российских домашних хозяйств, а также в их потребительском и финансовом поведении и социальном самочувствии в ходе текущего экономического кризиса. Каждый выпуск, помимо регулярных обзоров оперативной статистики и данных обследования населения, содержит специальный аналитический материал на одну из тем, имеющую непосредственное отношение к вопросам благосостояния населения и бедности, но не вошедшую в программу регулярного мониторинга. Представленный в мониторинге анализ основывается на данных оперативной статистики Росстата, публичных данных Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) о социальных настроениях, а также на данных специального ежемесячного обследования населения по вопросам социального самочувствия и бедности, организованного ВЦИОМ по заказу НИУ ВШЭ.

В июле 2016 г. вышел четвертый номер мониторинга. В фокусе выпуска обзор динамики макроэкономических показателей и анализ поведения населения в отрасли туризма в 2014-2016 годах.

Основные выводы июльского выпуска:

По отношению к аналогичному периоду прошлого года реальные располагаемые денежные доходы российского населения в мае 2016 года сократились на 5,7%, что выше средних темпов сокращения за прошедшие девятнадцать месяцев спада. По отношению к октябрю 2014 года — последнему месяцу роста доходных показателей — в мае 2016 года доходы населения в реальном выражении составили 80,7%.
Средняя начисленная заработная плата в реальном выражении сократились на 1%, и это сокращение находится в зоне минимальных значений за рассматриваемый период. Реальные пенсии снизились на 4,3% и, с учетом стабилизировавшейся потребительской инфляции, такая динамика сохранится на протяжении ближайших месяцев. По отношению к октябрю 2014 года реальная заработная плата составила 95,1%, реальные пенсии — 93,9%.
Уровень безработицы, определенный согласно методике МОТ, в апреле 2016 года составил 5,9% от численности экономически активного населения, что совпадает с аналогичным показателем за 2015 год. Уровень зарегистрированной безработицы практически не изменился по сравнению с показателями начала текущего года и составил 1,3%. По оценкам Росстата с учетом сезонного фактора, майские данные по безработице продолжили слабый повышающий тренд, наблюдаемый с начала 2015 года.
Прирост потребительских цен в июне 2016 года составил 4% к прошлому месяцу, что совпадает с показателями за апрель и май текущего года. Совокупный прирост цен по итогам первого полугодия 2016 года установился на уровне в 3,3%, в то время как в 2015 году аналогичный показатель достигал 8,5%. За весь период спада — с ноября 2014 года — прирост потребительских цен составил 21,5%, что совпало с показателем по непродовольственным товарам; увеличение цен на продовольственные товары за этот период достигло 24,1%, на услуги — 17,1%.
За первые пять месяцев 2016 года инфляция по товарам из базового потребительского набора (продовольственным товарам, медикаментам, одежде и обуви, ЖКУ) оказывается в среднем ниже инфляции по товарам и услугам из набора, ориентированного на развитие (туристическим и медицинским услугам, услугам дошкольного воспитания). Это означает, что уровень инфляции для низкодоходных групп населения в текущем году отстает от инфляции средне- и высокодоходных групп.
Объем розничного оборота товаров и услуг в мае 2016 года в терминах реальной стоимости уменьшился на 6,1% по сравнению с аналогичным периодом 2015 года. Указанное сокращение на 1,2 п.п. превзошло спад, зафиксированный в апреле, и было практически полностью обусловлено динамикой продаж продовольственных и непродовольственных товаров, сокращение оборота по которым составило в мае 2016 года по отношению к маю 2015 года -6% и -6,2% соответственно. Оборот продаж в общественном питании за тот же период сократился на 1,4%, а оборот платных услуг населению — вырос на 0,2%. По отношению к показателям октября 2014 года сокращение объема розничного оборота товаров и услуг в апреле 2016 года составило 20,7%.
Относительно благоприятная общая динамика оборота платных услуг населению скрывает за собой существенные различия на уровне отдельных видов услуг. Наибольшее сокращение в 2016 году стабильно наблюдается по туристским услугам, потери в обороте которых в мае составили 11,3%, а в среднем за январь-май — 12,9% по сравнению с аналогичными периодами 2015 года. В то же время существенный рост оборота статистика фиксирует по услугам физической культуры и спорта (+10,9% в мае и +7,0% за январь-май 2016 года к показателям 2015 года) и по услугам гостиниц и аналогичных средств размещения (+10,2% и +8,3% соответственно). Эти услуги замещают туристские в структуре платных услуг населению. В пользу такого тезиса свидетельствует следующий факт: в абсолютных терминах в ценах 2016 года прирост оборота по услугам физической культуры, спорта и гостиниц за январь-май составил по сравнению с аналогичным периодом 2015 года 6,46 млрд рублей, что практически совпадает с объемом сокращения туристских услуг (6,45 млрд рублей).
Столкнувшись с затяжным спадом доходов и осознав условия новой экономической реальности, российское население приняло стратегию «осторожного» потребительского поведения. Кроме данных о розничном обороте товаров и услуг, об этом свидетельствует статистика структуры доходов населения: с февраля по май 2016 года доля сбережений в денежных доходах населения держится выше докризисных показателей 2012-2013 годов, население формирует «подушку безопасности». Доля трат на товары и услуги в структуре использования денежных доходов в мае составила 73,8% (без учета платежей с банковских карт за рубежом), что, в отличие от показателей за предыдущие месяцы 2016 года, оказалось ближе к показателям не 2013, а 2014 года. Таким образом, сезонный пик потребления, обусловленный майскими выходными, оказался менее выраженным, чем в докризисный период, то есть население не отказывается от стратегии экономии даже в праздничные дни. Наконец, этот же тезис поддерживают данные сектора кредитования: объем кредитов, предоставленных физическим лицам, в реальном выражении продолжает сокращаться, и сжатие этого сектора по-прежнему обеспечивается прежде всего за счет сужения сегмента потребительских кредитов.
По данным опроса населения в июне, по сравнению с предыдущим месяцем, не произошло существенных изменений уровня бедности, измеренного по субъективной оценке материального положения семьи и на основе субъективной оценки потребительских возможностей. Доля респондентов, оценивающих материальное положение своей семьи как плохое или очень плохое (бедных по самооценке материального положения), составила 23%, а доля населения, у которого денег недостаточно для покупки необходимой одежды или продуктов питания (бедных по самооценке потребительских возможностей), составила 41%.
В июне был зафиксирован рост уровня бедности по субъективной оценке материального положения среди пенсионеров: в этом месяце 31% пенсионеров оценили свое материальное положение как плохое или очень плохое, в то время как в марте-мае 2016 года эта доля колебалась в пределах 20-22%. Ухудшение положения пенсионеров прослеживается и на семейном уровне: в период с мая по июнь значительно вырос риск бедности по субъективной оценке среди одиночных и бездетных семей, существенную часть которых составляют пенсионеры.
Наиболее уязвимыми группами населения, кроме пенсионеров, остаются семьи, зависящие от социальных выплат. Доля бедных по субъективной оценке среди семей, получающих доходы только в виде пенсий или в виде других социальных выплат, в июне в два раза превысила таковую среди семей, имеющих только трудовые доходы, и достигла 70% (в мае удельный вес данных подгрупп не превышал 61%). Крайне бедные по оценке потребительских возможностей и низко оценивающие свое материальное положение среди данных подгрупп также встречаются значимо чаще, чем среди семей с трудовыми доходами.
В июне работодатели стали чаще реагировать на неблагоприятную экономическую динамику путем снижения заработной платы или ее задержкой. В то время как в марте-мае 2016 года доля семей, которые столкнулись с негативными ситуациями на рынке труда в последние три месяца, оставалась достаточно стабильной и составляла около 40%, по данным июньского опроса эта доля выросла до 46%. Со снижением заработных плат на протяжении последних трех месяцев столкнулись 28% опрошенных семей, с задержкой их выплаты — 22%.
По сравнению с результатами майского опроса, в июне доля респондентов, отметивших ухудшение финансового положения своих семей в последние 12 месяцев, практически не изменилась и составила 42%. Как и в предыдущие месяцы, с ухудшением материального положения чаще сталкиваются наименее обеспеченные слои населения.
Как и в предшествующие месяцы, в июне 2016 года потребность в государственной помощи была выше для респондентов, которых можно отнести к категориям «бедных» и «крайне бедных»: 47% семей, испытывающих трудности при покупке продуктов питания, 27% семей, испытывающих трудности при покупке обуви или одежды, и 45% семей, оценивающих свое материальное положение как плохое или очень плохое, сообщили, что неспособны справиться с текущими материальными трудностями самостоятельно.
Экономия на потреблении товаров и услуг продолжает оставаться наиболее распространенной стратегией адаптации населения к экономическим изменениям: по данным майского опроса, в течение последних трех месяцев экономили 78% семей. Как и в апреле, россияне чаще всего экономили на развлечениях, приобретении одежды и обуви и покупке продуктов питания. По сравнению с апрелем, в июне семьи одиночек, большие семьи, а также семьи с несовершеннолетними детьми стали экономить чаще.
В июне, как и в прошлые месяцы, большие опасения российское население связывает с возможным снижением доступности товаров или потерей сбережений, в то время как падение трудовых доходов и потеря работы видятся россиянам как маловероятные события. Если тревожные настроения населения по поводу увольнения или снижения зарплаты стабильны (индексы страхов находятся в зоне отрицательных значений и составляют -24 и -11 пунктов соответственно), то страх удорожания товаров и потери сбережений в июне возрос по сравнению с маем — с 16 до 21 пункта — после трехмесячного периода сокращения.
В июне продолжилось сокращение доли россиян, дающих негативный прогноз относительно развития экономической ситуации. Доля опрошенных, которые считают, что трудные времена для страны еще впереди, сократилась с 48% в мае до 46% в июне. Доля склоняющихся к тому, что самые тяжелые времена остались в прошлом, возросла с 19% до 21%. Сравнение значений индекса социальных ожиданий в группах опрошенных с различным материальным положением позволяет сделать вывод: чем беднее группа населения, тем более пессимистично смотрят ее представители на перспективы развития событий в стране.
Специальным фокусом июньского выпуска стал обзор динамики макроэкономических показателей и поведения населения в отрасли туризма — секторе услуг, на протяжении последних полутора лет устойчиво показывающем наиболее высокие показатели потребительской инфляции и существенное снижение оборота. Сокращение спроса на туристические услуги в первую очередь связано с падением реальных доходов населения. Данные выборочного Обследования бюджетов домашних хозяйств Росстата зафиксировали 15%-ное снижение доли расходов домохозяйств на услуги центров отдыха и туризм в общей структуре потребительских расходов в 2015 году по сравнению с 2014 годом.
Обусловленный обесценением рубля рост цен за зарубежные туристические поездки также способствовал сокращению объема рынка туристических услуг: данные макроэкономической статистики показывают уменьшение числа туристских выездов граждан России на отдых в европейские страны, Тайланд и некоторые другие страны, не затронутые ограничениями на выезд российских туристов.
Проведенный анализ показал, что в 2015 году, в условиях ограничений на выезд российских туристов в традиционно популярные Египет и Турцию и роста стоимости зарубежных поездок, российские туристские направления стали выполнять импортозамещающую функцию. Снятие соответствующих ограничений и открытие привычных туристских направлений может быстро оттянуть поток с внутреннего рынка.
Данные июньского обследования населения НИУ ВШЭ показывают, что выездной отдых доступен ограниченному числу домашних хозяйств: совокупная доля респондентов, отдыхающих за границей или в других регионах России в 2015 году составила 29,1%, а в 2016 году снизилась до 25,1%. Спрос на услуги зарубежного туризма формируется лишь небольшой группой населения: охват населения зарубежным отдыхом в наблюдаемый период не превышает 8%. В целом структура ответов на вопрос об отдыхе за 2015 и 2016 годы отличается незначительно; все обнаруженные различия лежат в пределах статистической погрешности

Полный текст мониторинга:

04_Июль_Мониторинг_ВШЭ (PDF, 1.02 Мб)

Вышел июньский номер мониторинга. Специальным фокусом нового выпуска стал обзор основных тенденций в сфере государственных социальных расходов, проведенный на основе данных об исполнении федерального и региональных бюджетов в 2015 году.

Основные выводы июньского выпуска:

По отношению к аналогичному периоду прошлого года реальные располагаемые денежные доходы российского населения в апреле 2016 года сократились на 7,1%, что сопоставимо с максимальными отрицательными значениями, зафиксированными в ходе текущего спада: -7,3% в декабре 2014 года и -7,6% в мае 2015 года. По отношению к октябрю 2014 года — последнему месяцу роста доходных показателей — в апреле 2016 года доходы населения в реальном выражении составили 91,1%. Таким образом, апрель стал восемнадцатым месяцем сокращения реальных доходов населения, а масштаб падения сместился.
Прервав наметившийся в феврале-марте текущего года рост, средняя начисленная заработная плата в реальном выражении также сократились на 1,7%, но это падение находится в зоне минимальных значений. Реальные пенсии снизились на 4,3%. По отношению к октябрю 2014 года реальная заработная плата составила 94,7%, реальные пенсии — 94,4%.
Кратковременная положительная динамика по реальным пенсиям (+0,8% в январе текущего года к январю прошлого) и заработным платам (+0,6% и 1,5% в феврале и марте, соответственно) привела к снижению уровня бедности в первом квартале 2016 года по отношению к аналогичному периоду 2015 года. Численность населения с доходами ниже прожиточного минимума в январе-марте 2016 года сократилась относительно прошлогодних показателей на 200 тыс. и составила 22,7 млн человек, а уровень бедности опустился на 0,2 п.п. и достиг 15,7%.
Уровень безработицы, определенный согласно методике МОТ, в апреле 2016 года составил 5,9% от численности экономически активного населения, что только на 0,1 п.п. выше аналогичного показателя за 2015 год. Доля зарегистрированных безработных, составившая 1,4%, сохранилась на уровне февраля-марта 2016 года, также превысив показатель 2015 года на 0,1 п.п. По оценкам Росстата, сглаженные от сезонных колебаний данные по общей и зарегистрированной безработице показывают слабый повышающий тренд с начала 2015 года.
Данные Росстата об общем индексе потребительских цен свидетельствуют о стабилизации инфляционной динамики: в апреле 2016 года прирост к предыдущему месяцу составил 4%; такое же увеличение показывают и данные за май. Совокупный прирост потребительских цен по итогам января-мая 2016 года составил 2,9%. Максимальный рост цен наблюдался в группе непродовольственных товаров: +3,4% за первые пять месяцев года, что связано с высокой долей импорта в этом сегменте розницы. По продовольственным товарам прирост составил 3,1%, а по услугам — 2,1% а январь-май 2016 года. За весь период спада — с ноября 2014 года — прирост потребительских цен составил 21,1%, цен на непродовольственные товары — 20,9%, на продовольственные товары — 23,9%, на услуги — 16,5%.
Объем розничного оборота товаров и услуг продолжает сокращаться в апреле 2016 года, хотя и меньшими темпами по сравнению с предыдущими периодами. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года в апреле в сопоставимых ценах сокращение общего оборота розничной торговли составило 4,8%, при этом по продовольственным товарам оборот сократился на 4,3%, по непродовольственными товарами — на 5,3%, а в общественном питании — на 3,5%. По отношению к показателям октября 2014 года сокращение объема розничного оборота товаров и услуг в апреле 2016 года составило 21,3%.
Наименьшие потери по-прежнему наблюдаются в отношении платных услуг населению, сокращение оборота которых в апреле по отношению к показателям 2015 года составило менее одного процента. Как показывают данные в разрезе видов услуг, наибольшее сокращение в 2016 году стабильно наблюдается по туристским услугам, потери в обороте которых в апреле составили 15,1%, а в среднем за январь-апрель — 13,8% к аналогичным периодам 2015 года. В то же время существенный рост оборота статистика фиксирует по услугам физической культуры и спорта (+11,4% в апреле и +7,1% за январь-апрель 2016 года к показателям 2015 года) и по услугам гостиниц и аналогичных средств размещения (+8,2% и +7,4% соответственно).
Доля денежных доходов, направленных на сбережения, в апреле 2016 года составила 15,3% от совокупного объема денежных доходов населения, и это на 4 п.п. ниже аналогичного показателя 2015 года, но выше соответствующих показателей за 2012-2014 годы. В целом доля сбережений в денежных доходах населения во все месяцы текущего года, за исключением января, держится выше докризисных показателей 2012-2013 годов. Это эффект высокой дифференциации доходов и того, что население, столкнувшись с затяжным спадом доходов и осознав условия новой экономической реальности, приняло стратегию по формированию «подушки безопасности».
В новых экономических условиях российское население продолжает отказываться от привлечения кредитных средств: в реальном выражении объем кредитов, предоставленных физическим лицам, продолжает сокращаться, хотя и с меньшими темпами, чем в 2015 году. Сжатие сектора кредитования по-прежнему обеспечивается, в первую очередь, за счет сужения сегмента потребительских кредитов — об этом свидетельствует существенный рост задолженности по жилищным кредитам в структуре общей задолженности.
По данным опроса населения в мае, по сравнению с предыдущим месяцем, не произошло существенных изменений уровня бедности, измеренного по субъективной оценке материального положения семьи и на основе субъективной оценки потребительских возможностей. Доля респондентов, оценивающих материальное положение своей семьи как плохое или очень плохое (бедных по самооценке материального положения), составила 21%, а доля населения, у которого денег недостаточно для покупки необходимой одежды или продуктов питания (бедных по самооценке потребительских возможностей), составила 40%.
В отличие от данных официальной статистики, результаты обследования ВЦИОМ не показывают сокращения доли бедных в начале текущего года по сравнению с аналогичными показателями за прошлый год.
Пенсионеры и семьи, зависящие от социальных выплат, в том числе семьи с детьми, продолжают оставаться наиболее уязвимыми группами населения. Доля субъективно бедных среди семей, получающих доходы только в виде пенсий или в виде других социальных выплат, практически в два раза превышает долю бедных среди семей, имеющих только трудовые доходы. Крайне бедные по оценке потребительских возможностей и низко оценивающие свое материальное положение среди данных подгрупп также встречаются значимо чаще, чем среди семей с трудовыми доходами.
Работодатели продолжают реагировать на неблагоприятную макроэкономическую динамику, в первую очередь, путем снижения заработной платы или ее задержкой. По данным обследования, проведенного в мае этого года, со снижением заработных плат на протяжении последних трех месяцев столкнулись 22% опрошенных семей, с задержкой их выплаты — 19%. В общей сложности с какими-либо негативными ситуациями на рынке труда за последние три месяца столкнулись 40% семей.
В мае 2016 года 42% респондентов отметили ухудшение финансового положения своих семей в последние 12 месяцев, а доля семей, столкнувшихся в последние 3 месяца с финансовыми трудностями, не позволившими внести установленные для этого периода платежи, составила 38%. Как и в предыдущие месяцы, с ухудшением материального положения чаще сталкиваются наименее обеспеченные слои населения. Наиболее распространенными остаются трудности с оплатой жилищно-коммунальных услуг и покупкой лекарств.
По данным майского опроса, из тех семей, которые отметили ухудшение своего материального положения за последний год или испытали финансовые трудности в последние 3 месяца, 41% и 29% соответственно не справятся с текущими материальными трудностями без помощи государства. Как и по данным опросов в марте и в апреле, в мае 2016 года потребность в государственной помощи выше среди респондентов, которых можно отнести к категориям «бедных» и «крайне бедных».
Как и в марте 2016 года, в мае наиболее распространенными стратегиями адаптации населения к ухудшающимся экономическим условиям на протяжении последних трех месяцев были переход на более дешевые продукты питания (38%) и отказ от потребления товаров, услуг и развлечений (30%). В общей сложности, доля населения, вынужденная изменить потребительское поведение в течение последних трех месяцев, практически не изменилась со времени проведения мартовского опроса и составила 71%.
Результаты опросов ВЦИОМ свидетельствуют, что в мае 2016 года россияне по-прежнему ощущали значительный рост цен. Почти треть опрошенных (31,5%) указали на значительное повышение цен на овощи и фрукты, 27,3% отметили существенное повышение тарифов на коммунальные платежи, 24,8% — повышение цен на мясо и мясопродукты.
В период с марта по май 2016 года наметилась тенденция по снижению тревожных настроений россиян в отношении роста цен и возможного снижения трудовых доходов. Об этом свидетельствует сокращение значений соответствующих индексов страха, измеряемых ВЦИОМ. Однако по-прежнему именно с удорожанием товаров, а не потерей трудовых доходов, связаны главные опасения россиян в текущей экономической ситуации.
При сохранении на высоком уровне доли россиян, пессимистично представляющих дальнейшее развитие экономической ситуации в стране, с марта 2016 года происходит медленное ослабление таких настроений. По данным ВЦИОМ, с апреля по май текущего года доля тех, кто считает, что самые тяжелые времена еще впереди снизилась с 51% до 48%, а доля уверенных в том, что тяжелые времена остались в прошлом, возросла, соответственно, с 19% до 23%.
Специальным фокусом мониторинга стал анализ динамики социальных расходов государственного бюджета, которые оказывают непосредственное влияние на доходы населения через размеры социальных выплат и заработные платы в социальной сфере и влияют на неденежные показатели благосостояния, определяя качество и доступность услуг социальной сферы. Анализ данных Федерального казначейства показал, что, несмотря на дефицит в 2,43% ВВП, сохраняя свои расходные приоритеты, в 2015 году федеральный бюджет опережающими темпами наращивал расходы на госаппарат (+19,4% к показателю 2014 года), национальную оборону (+28,3%), а также на социальную политику (+23,5%), ключевыми факторами роста расходов на которую стали пенсионное обеспечение и программа материнского капитала.
По прочим социальным расходам статистика фиксирует экономию федерального бюджета, которая в первую очередь затронула культуру и кинематографию (-8,1% к показателю 2014 года), а затем образование (-4,3%) и здравоохранение (-3,7%). Данные об исполнении консолидированных бюджетов субъектов российской Федерации показывают, что сокращение финансирования отраслей культуры и образования произошло также и на региональном уровне. Утвержденные Законом о федеральном бюджете на 2016 год ассигнования свидетельствуют о том, что экономия по этим направлениям продолжилась и в текущем году.

Полный текст мониторинга:

03_Июнь_Мониторинг_ВШЭ (PDF, 931 Кб)

В мае 2016 г. вышел второй номер Мониторинга социально-экономического положения и социального самочувствия населения.
В фокусе выпуска межстрановые сопоставления динамики заработных плат в 2011-2015 годах.

Основные выводы майского выпуска:

На протяжении первого квартала 2016 года глубина падения реальных располагаемых доходов населения сокращалась: от -5,5% в январе до -4,5% в феврале и -1,8% в марте по отношению к соответствующим месяцам прошлого года. Несмотря на позитивную помесячную динамику, март стал семнадцатым месяцем сокращения реальных доходов населения. Совокупные потери за первый квартал составили 3,9% по отношению к показателю прошлого года, в то время как в 2015 году аналогичный показатель составлял 2,3%.
Основными факторами сокращения величины располагаемых доходов населения в первом квартале 2016 года стал спад доходов от предпринимательской деятельности, доходов от собственности и социальных выплат — в том числе, непенсионных — индексация которых в настоящий момент не компенсирует инфляционных потерь.
Потребительская инфляция в январе-марте 2016 года замедлилась по сравнению с показателями прошлого года; по итогам первого квартала года совокупный прирост потребительских цен составил 2,1%, а по итогам первых четырех месяцев года — 2,5%. В марте темпы роста цен выше средних наблюдаются, прежде всего, в отношении услуг, за исключением жилищно-коммунальных, а также непродовольственных товаров в категориях, существенно зависящих от импорта (одежда и обувь, бытовая техника).
Тем не менее, статистика розничного товарооборота продолжает фиксировать снижение по всем основным продовольственным и непродовольственным товарам и услугам общественного питания, свидетельствующее о спаде потребительской активности. Наименьшие потери наблюдаются в отношении платных услуг населению, сокращение оборота которых по итогам первого квартала составило только -1,4%, при этом в феврале отмечалась кратковременная положительная динамика показателя, сменившаяся, однако, новым этапом спада в марте.
Структура использования денежных доходов в январе-марте 2016 года приближается к докризисным показателям, постепенно нормализуется сберегательное поведение населения и стабилизируется доля денежных доходов, которые население направляет на покупку валюты — на уровне около 4%.
По данным опроса населения за апрель, доля респондентов, оценивающих материальное положение своей семьи как плохое или очень плохое, не изменилась по сравнению с предыдущим месяцем и составила 21%, среди них на очень плохое положение указали только 3% опрошенных. Не произошло и существенных изменений в распространенности бедности, измеренной на основе субъективной оценки потребительских возможностей: в апреле доля бедного населения, у которого денег недостаточно для покупки необходимой одежды или продуктов питания, составила 41%, в том числе доля крайне бедного населения, у которого денег не хватает даже на покупку продуктов питания, — 9%.
Риск попадания в число бедных по субъективной оценке потребительских возможностей, включая крайнюю бедность, оказывается значимо выше у респондентов, проживающих в сельской местности (46%), не имеющих высшего образования (48,5% среди имеющих образование не выше среднего и 45% среди респондентов со средним специальным образованием) и у пенсионеров (56%). Эти выводы подтверждаются и при переходе к выделению факторов бедности на семейном уровне: данные обследования фиксируют шансы попадания в бедность выше средних в семьях, источниками доходов которых являются пенсии (49%), а также в семьях одиночек и в бездетных семьях (56% и 43% соответственно), существенную часть которых также составляют семьи пенсионеров.
Повышенный уровень крайней бедности по субъективной оценке потребительских возможностей наблюдается в одиночных домохозяйствах, семьях с двумя и более детьми и семьях с детьми в
возрасте до 3 лет. Если в среднем по выборке доля крайне бедных составила 9%, то среди одиночек — почти 17%, а среди респондентов, проживающих в семьях с двумя и более детьми и в семьях с детьми в возрасте младше трех лет — около 10%.
Работодатели продолжают реагировать на неблагоприятную макроэкономическую динамику, в первую очередь, путем снижения заработной платы или ее задержкой; по сравнению с результатами обследования, проведенного в марте этого года, относительная распространенность этих явлений возросла. Со снижением заработных плат на протяжении последних трех месяцев столкнулись 24% опрошенных семей, с задержкой их выплаты — 19%, с переводом на неполную рабочую неделю/вынужденным неоплачиваемым отпуском либо с увольнением — 9%. В общей сложности с какими-либо негативными ситуациями на рынке труда за последние три месяца столкнулись 40% семей.
В рамках обследования 76% респондентов отметили, что экономили при покупке товаров и услуг в течение последних трех месяцев. Сильнее всего экономия коснулась развлечений (48% семей), приобретения одежды и обуви (47%) и покупки продуктов питания (45%).
Несмотря на то, что официальная статистика показала в 1 квартале 2016 года существенное снижение темпов потребительской инфляции, население продолжает ощущать значительный рост цен по наиболее значимым группам товаров и услуг. Так, в ходе апрельского опроса более трети респондентов (34%) указали на то, что на протяжении последних одного-двух месяцев они ощутили значительный рост цен на бензин, 31% отметили значительное увеличение тарифов на жилищно-коммунальные услуги, столько же — на овощи и фрукты, 25% — на мясо и мясопродукты, по 18% — на сахар и молочные продукты.
Основные опасения с точки зрения индивидуального благополучия у населения вызывает угроза удорожания или пропажи из продажи повседневных товаров и обесценения накоплений, а страхи потери дохода и работы распространены в среднем существенно ниже — индексы по этим компонентам устойчиво находятся в зоне отрицательных значений. Существенно более пессимистичные оценки по сравнению со средними по выборке относительно угрозы снижения доходов и потери работы дают, в первую очередь, бизнесмены и предприниматели, а затем — служащие без высшего образования и неквалифицированные рабочие, занятые на рынке труда. Оптимистичные оценки свойственны неработающим пенсионерам, а также специалистам с высшим образованием, занятым как в бюджетном, так и в коммерческом секторе.
Доля респондентов, пессимистично оценивающих перспективы развития сложившейся экономической ситуации в январе-апреле 2016 года стабилизировалась около отметки в 50%. Сводный индекс социальных ожиданий населения в апреле 2016 года находится на уровне в -53 пункта, что ниже средних показателей докризисного периода 2011-2013 годов и примерно соответствует значениям конца первого квартала 2015 года.
Оценки реальной заработной платы для целей международных сопоставлений, опирающиеся на паритет покупательной способности (ППС), свидетельствуют о ее снижении в России в среднем за 2015 год, но глубина падения оказывается меньше, чем по оценкам, полученным на основе анализа валютных обменных курсов (9,3-9,4% против 34%).
Межстрановые сопоставления заработных плат в терминах ППС свидетельствуют о том, что российский уровень оплаты труда пока остается выше средних показателей по странам Содружества Независимых Государств (СНГ) и приближается к среднему уровню по странам Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ). Выбор метода играет большое значение в измерении динамики заработной платы и оказывает существенное влияние на выводы: при сопоставлении на основе номинальных обменных курсов валют заработная плата в Китае и Бразилии оказывается выше российской, а при переходе к ППС в России сохраняется более высокий уровень оплаты труда.

Полный текст мониторинга:

02_Май_Мониторинг_ВШЭ (PDF, 925 Кб)

В апреле 2016 г. вышел первый номер Мониторинга социально-экономического положения и социального самочувствия населения.
В фокусе выпуска динамика детских и семейных выплат в 2011-2016 годах: индексация и инфляция.

Основные выводы апрельского выпуска:

По итогам 2015 года официальная статистика зафиксировала рост бедности на 2,2 п.п., увеличение численности бедного на 3,1 млн человек, сокращение реальных денежных доходов населения на 4%, заработных плат — на 9,3%, пенсий — на 3,8%, а также снижение диверсифицированности доходов населения, в первую очередь, по причине сжатия сегмента предпринимательства и усиления зарплатной компоненты в структуре доходов. Падение реальных доходов населения сопровождалось небольшим уменьшением доходного неравенства.
Данные оперативной статистики показывают существенное замедление темпов сокращения реальных заработных плат в январе-феврале 2016 года по сравнению с 2015 годом на фоне сохраняющегося спада совокупных доходов. Сокращение располагаемых доходов населения происходит за счет снижения доходов от предпринимательской деятельности, доходов от собственности и непенсионных социальных выплат, которые не были проиндексированы в полном объеме.
На фоне экономической рецессии не наблюдается существенного роста безработицы и просроченной задолженности по заработной плате. В то же время в структуре задолженности в 2015-2016 годах возрастает доля невыплат из-за несвоевременного получения денежных средств из бюджетов всех уровней. В 2016 году впервые с 2012 года статистика зафиксировала значимое увеличение просроченной задолженности по заработной плате в связи с неполучением бюджетных средств по состоянию на начало года (1 января).
Потребительская инфляция существенно замедлилась в начале 2016 года. Прирост цен в марте текущего года составляет 0,4% к прошлому месяцу и 7,5% к марту 2015 года. Тем не менее, стоимость отдельных категорий товаров и услуг продолжает расти высокими темпами. В частности, индекс роста цен на услуги дошкольного воспитания с января 2016 года не опускается ниже 12% по отношению к соответствующим периодам прошлого года.
Российское население продолжает придерживаться стратегии экономии: в январе-феврале 2016 года наблюдается падение розничного оборота продовольственных и непродовольственных товаров, а также общественного питания, хотя и с меньшими темпами, чем в прошлом году.
В январе 2016 года статистика снова, как и в 2014 году, фиксирует отток сбережений в сочетании с сокращением доли средств, направленных на покупку валюты, вероятно, в пользу трат на проведение зимнего отдыха, от которых население массово отказывалось в начале 2015 года. Это свидетельствует об ослаблении режима экономии, по крайней мере, у части населения.
Данные репрезентативного выборочного опроса населения, проведенного в марте 2016 года, показывают, что с начала текущего года 40% российских семей столкнулись с негативными ситуациями рынке труда — прежде всего, со снижением и задержкой заработных плат, реже — с переводом на неполную рабочую неделю или отправкой в неоплачиваемый отпуск, еще реже — с увольнением. Следовательно, социологические данные подтверждают вывод, сформулированный на основе данных макростатистики: российские работодатели по-прежнему отдают предпочтение стратегиям подстройки к условиям экономического спада, не предполагающим массовые сокращения работников.
Кризис затронул все социально-демографические группы населения, но среди опрошенных наиболее уязвимыми на рынке труда оказались большие и расширенные домохозяйства: за три месяца, предшествовавшие опросу, с негативными изменениями в этой области столкнулись 47% семей, состоящих из 5 и более человек, и 48% семей с двумя и более детьми до 18 лет.
По состоянию на март 2016 года, в ответ на изменения в экономике 70% семей поменяли свое потребительское или финансовое поведение в течение последних трех месяцев. Наиболее распространенными моделями адаптации стал отказ от определенных товаров и услуг (31%) или переход на более дешевые аналоги (37%). Среди активных моделей адаптации к экономическим трудностям наиболее массовыми стали: поиск подработок или более высокооплачиваемой работы (17%) и расширение ЛПХ (15%), которое характерно для наиболее бедных.
Большинство опрошенных в марте 2016 года семей (81%) указали на ухудшение своего финансового положения в ходе текущего кризиса в целом. При этом 55% опрошенных семей отметили ухудшение своего материального положения именно за 12 месяцев, предшествовавших опросу, но эти изменения практически не повлияли на мнение населения о том, как они оценивают свое материальное положение на стратификационной шкале. Доля тех, кто оценивает его как «плохое» или «очень плохое», последние 16 месяцев, практически не меняясь, сохраняется на уровне 20-22%%. Это говорит о том, что негативные сдвиги в уровне жизни масштабные, но не глубокие.
Субъективные оценки на основе критерия потребительских возможностей указывают на рост бедности, включая крайнюю бедность, более высокими темпами, нежели официальные данные о динамике доли населения с доходами ниже прожиточного минимума. Субъективная потребительская бедность, включая крайнюю бедность, начала расширяться с 4-го квартала 2014 года и по состоянию на март выросла практически в полтора раза. Уровень такой бедности положительно связан с количеством детей в семье и отрицательно — с возрастом ребенка. Наиболее уязвимыми являются многодетные семьи, одиноко проживающие граждане и семьи с детьми в возрасте до 3 лет.
Значительная доля населения (38%) столкнулась с невозможностью оплатить обязательные платежи или заплатить за лекарства. 63% их тех, кто оказался в такой ситуации, — это граждане, не сумевшие оплатить ЖКУ. Риск столкновения с такими потребительскими депривациями также положительно связан с наличием детей и растет с их количеством.
Социальные настроения и ожидания населения пока сохраняются на низком уровне и не демонстрируют восстановительных трендов. По состоянию на февраль 2016 года более половины населения указывает, что ожидает наступления более тяжелых экономических условий в будущем.
С 2012 года индексация социальных выплат, адресованных семьям с детьми, отстает от инфляции, что приводит к постепенному обесценению мер государственной поддержки. Совокупные потери в реальной стоимости основных федеральных выплат за период с конца 2011 года до конца 2015 года составили 13%.
Связанные с кризисом изменения прослеживаются и в региональных программах социальной поддержки. В сегменте социальных выплат, предоставляемых различным категориям населения за счет средств бюджетов субъектов РФ, также как и на федеральном уровне, явно прослеживается тенденция сдерживания роста размеров пособий.

Полный текст мониторинга:

01_Апрель_Мониторинг_ВШЭ (PDF, 1.16 Мб)